Вы находитесь здесь: Главная > Олимпийская орбита > Черный ход

Черный ход

Черный ход

«Он настолько боец,—говорит Виталий Андреевич,— что видеть его тренером, дающим урок, как-то не по себе». Помните, я говорила, что после Хельсинки Тышлер будет причастен ко всем последующим Олимпиадам? Так вот, з Токио он приехал тогда в роли тренера сборной по сабле, и в этой сборной был уже его ученик Марк Ракита. По стилю боя Ракиту считают очень похожим на своего учителя- «Тактик хитрейший и остроумнейший»,— говорили о нем. Но в Токио он еще не был тем Ракитой, который чере® несколько лет станет в мире фехтовальщиком номер один»

Прилетев в Токио, наши саблисты сразу легли спать, и проснувшись, были страшно удивлены, увидев, что кровати стоят в совершенно других местах. Может быть, в Японии так принято — просыпаться утром в другом месте? Как выяснилось, ночью было землетрясение, и спящая команда ездила по комнате на своих кроватях.

По словам Ракиты, на той Олимпиаде у него было два потрясения. Первое — проспал землетрясение и второе и, разумеется, главное — выбыл из соревнований задолго до финала, проиграв Пеже.

Конечно, можно было утешаться тем, что проиграл единственный бой, н то самому олимпийскому чемпиону, но. Ракита рассказывал мне, что, когда он еще только попал в сборную, ему чуть ли не каждую ночь снилось, что он стонет на олимпийском пьедестале почета.

1968 г., Мехико

  1. Б. Павловский (Польша)
  2. М. Ракита (СССР)
  3. Т. Пежа (Венгрия)

Командные соревнования

  1. СССР. 2. Италия. 3. Венгрия

В Мехико Ракита выступал в роли чемпиона мира и к этому времени уже умел просчитывать действия противников на несколько ходов вперед и сочетал это с такой технической смелостью, которая позволяла ему применять в три раза больше приемов, чем это делал любой из его соперников.

Как и его тренер, он не был быстр, его бои можно было Назвать статичными. «Ракита — это пьяная черепаха,— говорит Тышлер,— но когда он был в ударе, казалось, все играю с ним в поддавки.»

В Мехико, правда, он себя чувствовал неважно: плохо переносил высокогорье. Первый же бой проиграл Пеже (тому самому Пеже, который в Токио «посадил» его на скамейку болельщиков) и — благо уже отметили систему «прямого выбывания» — отправился в долгий путь утешений. Чтобы утешиться окончательно, то есть попасть в фр. нал с «черного хода», нужно было провести двенадцать лишних боев. Он с большим трудом выиграл одиннадцать и чуть не упустил последний, двенадцатый.

  • Digg
  • Del.icio.us
  • StumbleUpon
  • Reddit
  • Twitter
  • RSS

Комментарии закрыты.